Category: образование

Доклад о самоуправляющемся округе Локоть

По приказу Главнокомандующего группой Вейсса я с 16 по 20 мая 1943 находился в Локте для изучения самоуправляющегося округа, его учреждений и методов деятельности. При этом я познакомился с руководителем СО обер-бургомистром Каминским и присутствовал при его общении с немецкими службами. Я осмотрел разные учреждения СО в Локте и районную администрацию в Брасово, а также познакомился с деятельностью и документацией штаба связи 2-й танковой армии, расположенного в Локте. Я составил настоящий отчет на основании личных впечатлений и бесед с немецкими служащими, которые осуществляют связь с представителями Каминского.
Collapse )

обязательно прочтите эту прекрасную книгу старого генерала

"ПАВЛОНЫ"

Только что вышла под таким заглавием новая книга Петра Николаевича Краснова, посвященная живому описанию жизни Павловского Военного Училища, полвека тому назад.
Collapse )

Детей специально воспитывают в школах доносчиками и предателями.

omrDXTQh6AI
Что такое "советская власть" периода тирании Джугашвили сегодня вообще мало кто понимает, так как из живых свидетелей остались разве что всевозможные деятели номенклатуры, т. е. соучастники преступлений красных оккупантов, которые сами о себе плохо отзываться не станут, а официальные путинские СМИ льют на головы мало читающих, ничем кроме выживания в эрэфовском бардаке не интересующихся обывателей, сусальную ложь.
Вот и приходится иногда слышать, что мол, раз коммунисты столько лет оставались у власти и никто их не сверг, значит всё всех устраивало. Не будем тут лишний раз рассказывать, что вся история периода советской оккупации пронизана непрерывной цепочкой всевозможных народных восстаний - Рассвет об этом много и подробно писал, обратимся к важному свидетельству о том, как повлиял советский режим на психологию русского человека. Того русского человека, который всегда отличался своим свободолюбивым непокорным характером...
— Вы говорите свергнуть режим, — отвечает мне один из собеседников, известный ленинградский профессор, и безнадежно качает головой. — Свергнуть режим было невозможно. Мы бы сами его никогда не свергнули. Вы понимаете — никогда!
— Почему?…
— А вот почему. Я один не в состоянии это сделать. Для этого нужно было сговориться большому количеству людей. А как это можно было сделать, когда я не мог поделиться своими мыслями ни с кем. Вы понимаете весь ужас этих слов — «ни с кем». Ни с сослуживцами, ни с соседями, ни с друзьями, а часто и ни с ближайшими родственниками. Каждый мог быть шпионом. Платным, бесплатным, профессионалом, любителем, из за корысти, из за страха, это не важно, но главное — шпионом, сексотом. Вы не забудьте, что самая страшная вина советской власти заключается не в том, что она физически истребила лучшую часть нации, а в том, что она систематически разрушает душу народа. Детей ведь специально воспитывают в школах доносчиками и предателями. Сколько было случаев, когда дети предавали своих родителей. Памятник в Москве пионеру Павлику Морозову, который донес на своих родителей партийному начальству и отправил их на тот свет, это самый страшный памятник в истории человечества. Я бы не снимал этого памятника и после падения советской власти, а повесил бы на нем памятную доску с надписью: — «русский народ, ты сверг ту власть, которая ставила памятники детям, предавшим своих матерей и отцов». И одной этой надписи было бы достаточно для того, чтобы оправдать перед историей новую русскую революцию, каких бы жертв она не стоила.
Николай Михайлович Февр
Николай Февр (1908-1951) - известный журналист русского зарубежья. Вывезенный из России 12-летним кадетом Владимирского Киевского кадетского корпуса в 1920 году, окончил в 1927 году Крымский Кадетский корпус в Белграде (Сербия) и получил диплом журналиста. Там же встретился с редактором эмигрантской газеты В. М. Деспотули.
С 1933 г. Н. Февр под его руководством служил в берлинской русской газете «Новое слово». Первым из журналистов газеты побывал на освобождённых от красных территориях своей родины после начала Второй мировой войны. Объехал большую часть Европейской России. Впечатления и всё увиденное подробно описал в серии путевых заметок, которые систематически публиковало «Новое слово», а в 1945-1946 гг. написал книгу «Солнце восходит на Западе».
21 мая 1951 г. Николай Февр был отравлен сотрудниками НКВД.

Русский богослов против сатанинской власти

Арсеньев
В истории Русского Освободительного Движения времён Второй мировой войны всё ещё много белых пятен. И хотя даже того, что известно, достаточно, чтобы пересмотреть официальный взгляд событий той войны и её итоги, узурпировавшие власть наследники коммунистов упорно продолжают вбивать людям в головы советскую ложь. Но словно в насмешку над ними, история преподносит сюрприз за сюрпризом, открывая всё новые подробности русско-немецкого братства в борьбе с коммунизмом. Одним из таких сюрпризов стали некоторые подробности биографии известного каждому образованному человеку поэта и философа профессора Николая Арсеньева.

Арсеньев, Николай Сергеевич (1888–1977), русский философ, историк религии и культуры, литератор. Родился в Стокгольме 16 мая 1888 в семье дипломата Сергея Васильевича Арсеньева и Екатерины Васильевны Шеншиной. В 1905 окончил Катковский лицей, а в 1910 — историко-филологический факультет Московского университета, впоследствии стажировался в университетах Германии. Серьезное влияние на Арсеньева оказало творчество В.С.Соловьева, С.Н.Трубецкого, С.Н.Булгакова. Первыми работами стали: В исканиях абсолютного Бога (1910), Плач по умирающему Богу (1912) и др. С 1914 – приват-доцент Московского университета.

С началом Первой мировой войны Арсеньев отправился на фронт как уполномоченный Красного Креста. С сентября 1916 года возобновил работу в Московском университете. Одновременно читал курсы по культуре и литературе средних веков и эпохи Возрождения на Высших женских курсах и в Народном университете им. А. Л. Шанявского. По политическим взглядам примыкал к октябристам. После большевистского переворота — профессор кафедры романо-германской филологии Саратовского университета. За 1919 год дважды арестовывался. Осознав невозможность дальнейшей жизни в Совдепии, в 1920 бежит в Польшу. С этого момента начинается его жизнь на чужбине.

После недолгого пребывания в Варшаве и Берлине обосновался в Кёнигсберге. До 1944 года был профессором Кёнигсбергского университета. Одновременно в 1926—1938 гг. занимал должность профессора православного богословского факультета Варшавского университета. Читал лекции в Оксфордском, Кембриджском, Лондонском университетах. Сотрудничал в основанном Н. А. Бердяевым журнале «Путь» и других периодических изданиях. Выступал с лекциями в Русском научно-исследовательском институте и в Религиозно-философской академии в Берлине. В 1940 году выпустил книгу на немецком языке "Святая Москва", где русское общество представлено писателями, художниками, мыслителями, описывается духовная глубина культуры русского народа.

Однако в биографии Арсеньева присутствует определённый промежуток времени, правда о котором открылась сравнительно недавно. Оказалось, что русский философ и интеллектуал в 1941 году счёл своим долгом принять участие в крестовом походе против большевизма и в качестве добровольца поступил на службу в германский вермахт. Стоит отметить, что сам Арсеньев никогда не кичился своими заслугами в этой борьбе, поэтому точно установить биографические факты о жизни Арсеньева в этот период крайне трудно.

В архиве айнзацштаба Розенберга сохранился отчет сотрудника айнзацштаба доктора Вундера о поездке в тыловые районы группы армий Север осенью 1941-го. В поселке Волосово он встречает "переводчика, профессора фон Арсеньева, Кенигсберг", состоящего переводчиком при местном Дулаге в звании зондерфюрера.

В разговоре с Вундером Арсеньев рассказал о настроениях населения, в том числе о неудовлетворенности и тяготах в связи с немецкой политикой. Те попросили его составить рапорт, чтобы сделать доклад министру (Розенбергу). При этом они договорились, что он будет описывать реальную картину, но не будет делать никаких политических выводов.

В документе, который он им передал, однако, все было наоборот: почти ни слова о ситуации, только о перспективах (в частности профессор предлагал немцам "образовать национальное [русское] правительство, чтобы восстановить прежний союз с русским народом"). "Забота русского националиста об интересах своего народа перевесила долг немецкого зондерфюрера", - резюмирует сотрудник айнзацштаба.

Процитируем отрывок из этого документа, который ярко иллюстрирует как германскую политику в России, так и деятельность и чаянья русских союзников Третьего Рейха: «Здесь мы смогли глубже вникнуть в особенные трудности деятельности комендатур; это первое соприкосновение с населением в местности, которая испытывает на себе все тяготы войны и голода. Здесь живут эстонцы, финны и русские, кроме того здесь пришлось разместиться эвакуированным из зоны боев вокруг Петергофа. Переводчик Дулага профессор фон Арсеньев (Кенигсберг) поведал нам о настроениях пленных и населения и обстоятельно об устройстве общедоступной библиотеки им.Достоевского, организованную по его указаниям (подробности позже). Так как его данные были подтверждены Кенигзедером и др., воспроизвожу главные тезисы. Население здесь в большинстве своем приобрело иммунитет против большевистской пропаганды, так как ее избыток вызывает оскомину. Население не антирелигиозно; в церковь - ее, последнюю в районе, закрыли около года назад - стекается все больше народу всех возрастов. Но население ожидает от нас, когда военная обстановка позволит это, ликвидации голода и введения права на свободный труд. Существует нехватка - это особенно настойчиво подтверждает Кенигзедер - пропаганды, которая велась бы постоянно и просвещала, почему происходит или не происходит то или иное. Объяснений на наших первых плакатах о том, что мы освобождаем их от большевистского рабства и не допустим возвращения прежних угнетателей, недостаточно. Сейчас ждут позитивных начинаний, ждут речи министра.
В Волосово, которое было значительным областным центром, фонды бывшей районной библиотеки, центрального книжного управления, молочного техникума и железнодорожной школы были спасены зондерфюрером профессором фон Арсеньевым из выгребной ямы и просмотрены. Те, что представлялись ему приемлемыми, он собрал в народную библиотеку, которой руководит бывшая учительница Надежда Степановна Паташникова и которую содержит община. Библиотека состоит примерно из 3000 русских книг, из них 1400 развлекательных. Она рьяно посещается, в том числе молодежью (ежедневно выдается 40 книг, бесплатно, открыта в течение дня, срок возврата 1-2 недели, картотека). Потребность велика. Особым спросом пользуются развлекательные книги, но также и учебные (немецкий язык - учебники были очищены профессором фон Арсеньевым, справочники и т.п.) По сообщению Арсеньева кроме пропагандистских книг, которые он исключил, он обнаружил немало классики - многочисленные, в том числе новые издания Пушкина, Гоголя, Лермонтова и Чехова, меньше Толстого. Достоевского почти нет (только остатки старых изданий). Есть несколько драматургов 19 века, небольшое количество переводов (Фауст, Мольер, Гамлет, Бальзак, Пиквик), многочисленные учебники (особенно естественные науки и техника, также по языкам), справочники, география (Гумбольдт), история и детские книги. Большая часть этих фондов объединена в новой библиотеке.

О нынешнем положении надо заметить, что населению после нашего прихода недостает пропаганды, ему приходится голодать и вследствие войны оно не получает обещанной свободы. Таким образом идти навстречу в вопросах вроде этой библиотеки разумно».

Согласно другому германскому документу, 28.11.1941 зондерфюрер Арсеньев уехал по служебным делам в Сиверскую. Как известно, в это время в этих краях находился и другой известный участник русского антикоммунистического движения – историк Николай Рутченко-Рутыч, который служил зондерфюрером в СД города Гатчины. Рутченко должен был стать министром образования в союзном Германии русском правительстве, которое планировалось создать в Санкт-Петербурге после его освобождения от большевиков. Санкт-Петербург должен был стать столицей освобождённой России и германским командованием даже был составлен персональный список кадров будущего «Санкт-Петербургского губернаторства» во главе с Алексеем Михайловичем Кругловым. Как знать, может быть и профессор Арсеньев должен был войти в состав русского правительства освобождённой от красной заразы России?

В 1945 Арсеньев переезжает в Париж, а с 1948 – профессор Св.Владимирской духовной академии в Нью-Йорке.

Умер Николай Арсеньев в Нью-Йорке 18 декабря 1977 г.

Доктор Кошкин: "в 1917—1959 население в СССР потеряло 110,7 млн человек".

Ива́н Алексе́евич Ко́шкин (в 1950-е годы сменил фамилию на Курга́нов) (1 января 1895, деревня Займище Шалаховское Троицкой волости Яранского уезда Вятской губернии — 16 сентября 1980, Нью-Йорк США) — русский и советский экономист и демограф, доктор экономических наук (1940), американский советолог.
Родился в крестьянской семье. В девять с половиной лет начал работать по найму рассыльным в волостном управлении и писцом. С 1907 жил в Уфе, был учеником-рабочим на заводе Федорова, а затем писцом в конторе. Позднее уехал в Сибирь, поселился в Кургане, где начал работать табельщиком у подрядчика плотничьих работ, но уже вскоре занимался торговлей железом и был конторщиком в магазине.
Одновременно много учился, в 1911 окончил коммерческие курсы бухгалтерии. С того же года работал бухгалтером, а затем главным бухгалтером в Союзе сибирских маслодельных артелей. В 1915, закончив экстерном Курганскую гимназию, занял должность главного бухгалтера Уральского союза потребительских обществ.

В 1916—1917 служил в армии, окончил Чистопольскую школу прапорщиков, участвовал в Первой мировой войне на Кавказском и Западном фронтах. После демобилизации вернулся в Курган, где работал бухгалтером в городской управе.
Некоторое время служил офицером в белой армии адмирала А. В. Колчака, затем работал в кооперации и Томском продовольственном комитете «Упродукт», недолго учился на историко-филологическом факультете Томского университета. В мае 1920 был арестован как бывший колчаковский офицер, и до октября того же года содержался в концлагере в Омске.

В октябре 1920 вместе с другими офицерами был отправлен в Москву, а оттуда в Петроград, где содержался в тюрьме «Кресты», но через месяц был освобождён. Поступил на работу бухгалтером на центральный карантинный пункт, затем являлся заместителем уполномоченного Сибирского краевого союза потребительских обществ, главным бухгалтером, заместителем управляющего Ленинградской областной конторы «Маслоцентр». В 1921 вновь ненадолго арестовывался, но освобождён как служивший в белой армии по мобилизации, происходивший из крестьянской семьи и не представлявший угрозы для советской власти.
С 1924 — доцент Ленинградского института народного хозяйства имени Ф. Энгельса. Как опытный практик в области бухгалтерии, он был допущен к преподаванию без диплома о высшем образовании, который так и не получил (в 1920-е он учился во Всесоюзном заочном финансово-экономическом институте, но не закончил его). С 1927 — доцент факультета советского права Ленинградского государственного университета. Также преподавал во Всесоюзной академии потребительской кооперации. До 1930 совмещал педагогическую деятельность с бухгалтерской работой.

С 1930 — преподаватель, в 1934—1935 — профессор Ленинградского института советской торговли имени Ф. Энгельса. С 1936 — профессор Ленинградского финансово-экономического института (ЛФЭИ), с 1937, одновременно, профессор Московского института советской кооперативной торговли. Также руководил секцией планирования в Ленинградском научно-исследовательском институте потребительской кооперации. С 1940 — декан финансового факультета ЛФЭИ, с декабря 1941 — заместитель директора ЛФЭИ по научной работе (во время блокады Ленинграда институт продолжал работать).

С 1940 — доктор экономических наук (тема диссертации: «Вопросы учёта основных фондов»). Всего в советский период издал свыше 60 работ по бухгалтерскому учёту. Автор книг «Счетоводство первичных потребительских кооперативов» (1926), «Лавочная отчётность. Документировка, учёт и отчётность розничных предприятий» (1929, переиздания в 1930 и 1932), «К методике оперативно-балансового учёта» (1933), «Вопросы учёта основных фондов» (1939), «Система подготовки и переподготовки бухгалтерских кадров» (1939), «Построение бухгалтерских счетов (Теория счёта)» (1940), «Построение бухгалтерского баланса (Теория баланса)» (1940). По оценкам современников, его труды отличались простотой и чёткостью изложения, связью теории с практикой, анализом практически всех проблем, имевшихся в то время в бухгалтерском деле.

Весной 1942 вместе с институтом был эвакуирован из Ленинграда в Ессентуки, был назначен исполняющим обязанности директора ЛФЭИ.
В августе 1942, перед занятием немецкими войсками Ессентуков, будучи антикоммунистически настроенным, принял решение остаться в городе и сотрудничать с оккупационными властями. В декабре 1942 покинул Ессентуки вместе с отступавшими немецкими войсками. Добрался до Берлина, где работал сварщиком на заводе. Участвовал в деятельности «власовского» движения в качестве члена национального совета Комитета освобождения народов России (КОНР).

В 1945 бежал на Запад, но был отправлен американскими властями в советский репатриационный лагерь, откуда совершил побег; вновь был задержан американцами, но на этот раз выдан не был.
Жил в Германии, а с 1949 — в США, где вначале работал упаковщиком на спичечной фабрике. С 1951 активно участвовал в деятельности Народно-трудового союза, был активистом антикоммунистического движения, в 1957 выступал с основным докладом на Гаагском конгрессе «За права и свободу в России», публиковался в журнале «Посев» и ряде других эмигрантских изданий.

В США под фамилией Курганов (выбранной, видимо, в память о жизни в Кургане) опубликовал ряд советологических трудов, в которых значительное место уделялось демографической проблематике. Среди них: «Нация в СССР и национальный вопрос» (1961), «Семья в СССР» (1967), «Женщины и коммунизм» (1968). Первым занялся подсчётом потерь населения СССР за период советской власти, используя при этом официальные источники. По его мнению, в 1917—1959 население в СССР потеряло 110,7 млн человек — с учётом как прямых потерь, так и биологического ослабления нации вследствие падения рождаемости. Полагал, что к таким драматическим потерям привели как войны и репрессии, так и разрушение традиционной семьи, повлекшее за собой нарушение динамики прироста населения.

Данные исследований Курганова (Кошкина) получили известность в среде эмиграции, на них ссылался А. И. Солженицын. Они, разумеется, не могли быть обнародованы в СССР в период жизни учёного, однако они часто цитировались после распада Советского Союза.

около 9 утра 8 января 1942 г. - умер от раны Константин Павлович Воскобойник


Вечная память и слава Русскому герою!

Оригинал взят у sergey_verevkin в около 9 утра 8 января 1942 г. - умер от раны Константин Павлович Воскобойник
70 лет назад коммунисты в России одержали, быть может, самую главную победу во 2-й Гражданской войне, которую они позднее назвали "Великой Отечественной войной 1941-1945 гг.". В этот день в результате предыдущего ночного  нападения на Локоть четырех спецотрядов 4 Управления НКВД СССР, позднее названных партизанскими, умер утром около 9 часов КОНСТАНТИН ПАВЛОВИЧ ВОСКОБОЙНИК.
Константин Павлович - человек, личность, значение которой для судеб всей России до сих пор не осознано большинством населения нашей страны. Человек, посвятивший всю свою сознательную жизнь безкомпромиссной - не на жизнь, а на смерть - борьбе с коммунизмом, и его безчеловечным порождением и воплощением на земле - страшной, превышающей все пределы людских представлений о человеческих патологиях, варварстве,  преступлениях против человечества формации - советской власти. При этом человек, с самых 20-х годов и до последнего дня своей жизни успешно боровшийся в условиях подполья против мощи террористического, преступного режима практикующего коммунизма - институтов этой самой советской власти.
Человек, создавший задолго до войны в Локоте антисоветскую подпольную организацию, настолько законспирированную и успешную, что ее НКВДисты так и не смогли даже засечь ее существование в Локоте и Брасове до самого того момента. когда подпольщики сами не вышли "наружу" и не приступили к реализации своих планов осенью 1941 года, когда немецкие войска еще даже и не достигли Локотя и его окрестностей.
Главная ценность и уникальность РУССКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБРАЗОВАНИЯ "ЛОКОТСКОЕ ОКРУЖНОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ"  на Орловщине, созданного русскими антисоветскими подпольщиками под руководством К.П.Воскобойника - даже не в том, что ими была создана многочисленная дееспособная РУССКАЯ ОСВОБОДИТЕЛЬНАЯ НАРОДНАЯ АРМИЯ "РОНА", на что упирают все без исключения современные исследователи Локотьщины и РОНА
(думается, не без чуткого совета и направляющей руки, а также вполне осознанного умысла их старших кураторов).
Главное достижение русских подпольщиков, и их вождя КОНСТАНТИНА ПАВЛОВИЧА ВОСКОБОЙНИКА, и сменившего его после гибели БРОНИСЛАВА ВЛАДИСЛАВОВИЧА КАМИНСКОГО - это создание ДЕЕСПОСОБНОГО РУССКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБРАЗОВАНИЯ - матрицы будущей национальной независимой России!
Они на деле, на практике показали - КАКОЙ ДОЛЖНА БЫТЬ НЕЗАВИСИМАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ РОССИЯ! Как должны в ней выстраиваться внутригосударственные отношения, как и на каких принципах в России должна строиться и функционировать экономика, образование, здравоохранение, социальное обеспечение, государственное и экономическое планирование, промышленность, торговля, частный, общественный и государственный секторы экономики.

И заложил все это - КОНСТАНТИН ПАВЛОВИЧ ВОСКОБОЙНИК. Человек, известный подпольщикам всей России, знающий их, известный также русской эмиграции на Западе, в Германии. Потому-то "проект Локоть" был очень быстро признан Германией и получил все права на жизнь.
Воскобойник - будущий вождь ВСЕЙ РОССИИ - так и не успел развить деятельность созданной им партии НАРОДНАЯ СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ РОССИИ "ВИКИНГ" ("ВИТЯЗЬ"). являющейся органическим продолжением старых антисоветских подпольных организаций России - в общероссийском масштабе. А сменивший его не менее талантливый лидер и вождь, харизматическая личность Бронислав Каминский все-таки не обладал теми качествами, что были присущи К.П.Воскобойнику. К тому же он, в отличие от Воскобойника - не был известен - ни в Германии, ни среди эмиграции на Западе, ни среди антисоветских подпольщиков в России. Ему нужно было время, чтобы он был признан там, где его не знали, и где делали ставку на Воскобойника. А времени ему коммунисты не дали, и Каминский был вынужден решать задачи дня сегодняшнего в ущерб задачам стратегическим.
Сцепка "ВОСКОБОЙНИК+КАМИНСКИЙ" перевернула бы Россию и возродила бы ее - однозначно!
Один Каминский сделать этого не смог - точнее - коммунисты ему этого не дали сделать! 
Тем ценнее опыт жизни и действий КОНСТАНТИНА ПАВЛОВИЧА ВОСКОБОЙНИКА, созданного им РУССКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБРАЗОВАНИЯ, названного несколько позднее "ЛОКОТСКИМ ОКРУЖНЫМ САМОУПРАВЛЕНИЕМ". ОПЫТ, АКТУАЛЬНЫЙ И НЫНЕ ДЛЯ ВСЕЙ РОССИИ!
В РГО "ЛОС" каждая семья имела по ДЕСЯТЬ ГЕКТАРОВ ЗЕМЛИ, ПО ЛОШАДИ, НЕСКОЛЬКО КОРОВ, НЕ СЧИТАЯ ОВЕЦ, КОЗ, СВИНЕЙ, ГУСЕЙ, КУРЕЙ И ПРОЧЕЙ ДОМАШНЕЙ ПТИЦЫ И ЖИВНОСТИ. ДЕТИ, ЖИВУЩИЕ БОЛЕЕ ЧЕМ В ПЯТИ КИЛОМЕТРАХ ОТ ШКОЛЫ, ОБЕСПЕЧИВАЛИСЬ ОБЩЕЖИТИЕМ И ПОЛНЫМ ПАНСИОНОМ ПРИ ШКОЛЕ, А ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ ДЕТИ ПРИВОЗИЛИСЬ В ШКОЛУ И ОТВОЗИЛИСЬ ДОМОЙ КАЖДЫЙ ДЕНЬ НА ОБЩЕСТВЕННОМ ТРАНСПОРТЕ ЗА СЧЕТ МЕСТНОЙ ВЛАСТИ. УЧИТЕЛЯ И ВРАЧИ БЫЛИ ОДНОЙ ИЗ САМЫХ ВЫСОКООПЛАЧИВАЕМЫХ КАТЕГОРИЙ НАСЕЛЕНИЯ, КОЛИЧЕСТВО ЛЬГОТНИКОВ ДОСТИГАЛО ДЕСЯТКИ ГРУПП НАСЕЛЕНИЯ. ЕДИНСТВЕННАЯ ТЮРЬМА БЫЛА В ЛОКОТЕ (В ЗДАНИИ КОНЕЗАВОДА, ГДЕ ПОД КАМЕРЫ ОТДАЛИ ЧАСТЬ СТОЙЛ ДЛЯ ЛОШАДЕЙ, КОТОРЫЕ ПЕРЕОБОРУДОВАЛИ ПОД КАМЕРЫ, А В ОСТАЛЬНОМ КОНЕЗАВОД ПРОДОЛЖАЛ СВОЮ РАБОТУ) И НАСЧИТЫВАЛА ДЕВЯТЬ КАМЕР ВМЕСТИМОСТЬЮ ОТ 8 ДО 20 ЧЕЛОВЕК, ИЗ НИХ ОДНА ОДИНОЧКА.