Category: происшествия

"он начал думать о том, что сказал Воскобойник"

В мемуарах советских лесных бандитов-"партизан" Локотская республика и РОНА упоминаются часто, но лично я этот источник игнорирую, так как все эти воспоминания абсолютно идеологизированы и подцензурны, следовательно, никакой объективной правды о Русском Освободительном Движении на Брянщине в них быть не может - лишь советская версия событий в изложении победивших адептов сталинизма. Но сегодня я хочу поделиться именно материалом с советской стороны. Это воспоминания начальника разведки и диверсионного дела партизанской бригады "За Родину" Ковалёва. Фотографии страниц сделаны из книги М.Ф. Ковалев "Лесной фронт". М., Изд-во ДОСААФ СССР, 1983 г. Интерес они представляют тем, что от первого лица идёт повествование о вредительской деятельности коммунистов, с первого дня освобождения русской земли от ига советской власти, всеми силами мешавших населению налаживать нормальную человеческую жизнь. Так же очень важно, что описывается период руководства Локотским самоуправлением Константина Павловича Воскобойника, о чём вообще крайне мало информации. Красный бандит пытается давать и свои характеристики личности Воскобойника, который предстаёт перед нами честным идеалистом, свято верящим, что русские люди образумятся и смогут сбросить с себя дурман красной лжи и начать возрождать истинную Россию - свободное европейское государство, союзное воюющей с большевизмом Германии. Видим мы и то, что изначально в Локте отношение к красным было чересчур демократичным, о чём свидетельствует эпизод допроса диверсанта Малышева Воскобойником и история с его побегом из под расстрела (сравните с описанием "стремительного задержания"). В общем, данный отрывок полон упоительных историй, наглядно демонстрирующих и степень лживости автора (постоянные упоминания непонятных "немцев", хотя общеизвестно, что в Локте действовал лишь отряд местной самообороны; сцена гибели Воскобойника) и степень промытости мозгов советских фанатиков. Подробно описана версия январского нападения красных на Локоть, когда под пулями сталинских холуев и погиб К.П.Воскобойник. Слишком дорого для него стоило деликатное отношение к советским собакам... Однако сегодня, мы, зная правду и о Локотской республике, и о преступлениях советской власти, совершенно точно знаем, кто из двух сошедшихся во второй гражданской войне сторон подлинно сражался за Родину. И это явно не герой данного партизанского романа.
DSCN6005
Collapse )

на смену смерти приходит жизнь

Вечное

Многое на нашем кратком жизненном пути ушло из русского быта... Ушло без возврата. Нет больше и страшного, святочного рассказа. Он канул в вечность вместе с нашими русскими ведьмами, лешими и домовыми, коих распугали шумы моторов, свистки паровозов, загнали Бог весть в какие недосягаемые трущобы. Да что им и делать-то — домовым — в толчее больших городов, где никто не верит в их существование, где ныне четырехлетний малец кривит губы в саркастической улыбке, когда отец вздумает рассказать про деда - мороза — «Забавляйся, мол, старый чудак...» Канули в вечность и лихие тройки, скакавшие без устали по степным снежным просторам, нет больше удалого гусарского корнета, звеневшего шпорами в бешеной мазурке, исчезли пышногрудые стройные красавицы, робкие и стыдливые, склонявшие головку, увенчанную тяжелыми косами, к плечу кавалера в «упоительном» вальсе. Нет и старого отставного майора — главного творца страшных святочных рассказов, участника Бог знает каких войн. Непременно у камина сидел старый вояка, попыхивая трубкой, мечтательно поглядывая на уютные огоньки; и трещали, то ли дрова в камине, то ли полы в старой помещичьей усадьбе, и ветер стонал и выл в трубе и хлопал ставнями. Молодые глаза, полные любопытства или мистического страха, широко раскрывались в особенно интересных местах старинной были. . . Все это, давно уже, стало прошлым.

Отставные майоры и подполковники, уютные старые вояки, ворчуны и добряки, свидетели и блюстители славы российской, давно уже спят в могилах. Молодые слушатели сами стали бывалыми воинами и сами могли бы о многом рассказать, хоть и не в святочных рассказах. Обстановка теперь не та, для святочного рассказа — неподходящая. Вместо уютного старого камина с медной решеткой — помните как трещали дрова, с бегающими по ним струйками вечного, живого огня? Теперь ничего не говорящий воображению радиатор, неизменно пышаший жаром, если на дворе тепло, и еле теплый при трескучем морозе. Не слышно и завывания ветра в современных трубах. Снег в больших городах тает на грязном асфальте, затоптанный и черный ...

Слушателей страшных рассказов и с огнем не сыщешь. Молодежь разбежалась кто куда: по дансингам, кино, ресторанам, балам, кто и просто по прозаическим пивным. Мечты, увлечения, грезы о подвигах, страшные были — теперь у нас не в моде. Век романтики сменился другим веком и людям этого, нового века — не до романтики. Слушателя прежних майоров российских — их смена на бранном поле — стали одиноки. Между старым и новым легла грань взаимного непонимания. Непреодолимая грань двух эпох, таких несхожих и противоречивых.


Collapse )

Надругательство над мёртвыми как признак советчины

Оригинал взят у pereklichka в Надругательство над мёртвыми как признак советчины
11 сентября с.г. тиражом в несколько миллионов экземпляров вышел номер газеты «Аргументы и факты» с главной темой: «Все забыты, все забыто. Как мы предаем Великую Победу». Стоит посмотреть на эту перенасыщенную идеологическими штампами статью, достойную разве что совдеповской газеты «Правда».

В этой статье "советские патриоты", или «совки», скрежещут зубами по поводу того, что немцы и итальянцы имеют наглость заботиться о воинских захоронениях в России и ставить мемориалы в память о своих гражданах, убитых на полях Второй мировой войны. По сути, через одну из самых тиражных газет России "совпаты" призывают разорять немецкие могилы в Смоленской области, уход за которыми журналисты "АиФ" назвали "шагами фашистов".

Издание пишет: "Многие жители региона негодуют, они против открытия второго кладбища. Неужели недостаточно уже имеющегося? Воевать с мёртвыми никто не собирается, но останки немцев следует захоранивать на территории Германии".

Однако авторы статьи тем и занимаются, что призывают к "войне с мёртвыми", иначе, зачем было поднимать вопрос о целесообразности нахождения могил иностранных солдат на территории России?

Collapse )

ВЛАСОВСКОЕ ЛИ?

Очень часто, в исследованиях, посвящённых Русскому Освободительному Движению встречал ссылку на статью Романа Днепрова "Власовское ли?" (Днепров Р. «Власовские ли?» Континент, 23, 1980, с. 287-312.) Днепров Роман (наст. — Дудин Рюрик Владимирович; 1910–1995). Во время Второй мировой войны находился на освобождённой от коммунистов территории Украины, служил в союзных немцам частях, брат агента СД, главного редактора русскоязычной киевской газеты «Последние новости» Льва Дудина (1910–1984). После войны окончил Гейдельбергский университет. Получил степень магистра истории в Йельском университете США, там же преподавал. Работал на радиостанции «Свобода», публиковался в эмигрантских изданиях.
Сегодня наткнулся на отрывок из этой статьи Днепрова, посвящённый Локотской республике и РОНА, который и публикую ниже. В этом отрывке, конечно, много ошибок, например, про письмо Каминского Гитлеру - на самом деле оно было отправлено и дошло до адресата, но как взгляд человека, принимавшего непосредственное участие в антисоветской борьбе и пишущего о РОНА без свойственного большинству эмигрантских историков пренебрежения, труд Днепрова более чем ценен. Огромная просьба к читателям моего жж - если кто знает ссылку на полный вариант статьи, - поделитесь.

Collapse )

Через гибель большевизма к возрождению России


Большевизм лишил нас отечества, народной гордости, и мы объявили ему за то беспощадную борьбу на смерть, а не на жизнь. И пока мы не свергнем власти комиссаров, мы не вложим своего меча в ножны; и если не казачьи шашки скрестятся с красноармейскими, то уж во всяком случае, скрестятся с их штыками наши добровольческие штыки; но никогда и никогда не назовем мы большевистское оружие "братским".
Мне хотелось бы, чтобы все ясно поняли мою мысль: пока царствуют комиссары, - нет и не может быть России, и только когда рухнет большевизм, мы можем начать новую жизнь, возродить свое отечество. Это наш символ веры.
Не мщение, а государственная необходимость ведет нас по пути борьбы; мы знаем меру ответственности, и если вождям и деятелем большевизма нет ни прощения, ни пощады, то рядовым борцам, отрекшимся во имя родины от прежних преступных заблуждений, мы найдем место в наших рядах. Пусть забудут они свой мелкий эгоизм, подчинят свои классовые интересы патриотизму, и мы сумеем тогда забыть, как бы то ни было трудно, все перенесенные оскорбления и все испытанные мучения...
Через гибель большевизма к возрождению России - вот наш единственный путь, и с него мы не свернем. Кто поддерживает комиссарскую "армию", тот не защищает, а губит Россию, тот враг нам, враг до конца.
Бесполезны здесь лукавые изъяснения - они не обманут никого.
М.Г. Дроздовский
1918 год

Красно-чёрные стяги русских антикоммунистов

В Русской армии впервые знак "мертвой головы" появился в конном полку Петербургского ополчения, носившем название «Смертоносного» или «Бессмертного» во время Отечественной войны 1812 года. Позже этот символ получили 1-й и 2-й эскадроны Её Величества 5-го гусарского Александрийского полка, а также 4-го эскадрон Мариупольских гусар.
И здесь же мы видим расцветку полкового значка - красно-чёрную, разделённую белой полоской. Ну чем не "шварц-вайс-рот" братьев-германцев, в то время бывших союзниками Российской империи?;)

Во время Первой мировой войны в Русской армии формировались элитные части для прорыва обороны противника в окопной войне, получившие название Ударных батальонов (батальонов смерти, дружин смерти). После февральской революции 1917 года, в связи с общим развалом русской армии, началось превращение «ударных» частей из элитных специальных подразделений в особые воинские части, состоявшие из добровольцев, готовых личным примером побудить основную массу армии продолжать войну.

Collapse )

Николай Краснов-младший “Незабываемое”

Николай Николаевич Краснов младший (1918-1959) был одним из последних в роде Красновых, внуком известного казачьего генерала, Донского атамана П. Н. Краснова. Отец – Краснов Николай Николаевич старший (полковник Генерального штаба русской армии; погиб в концлагере Потьма в 1948 г.). Дядя – генерал-майор С.Н. Краснов (в 1920 году возглавлял личный конвой генерала Врангеля; начальник штаба Главного Управления казачьих войск; погиб в 1947 г. в лагере). Вся семья Красновых (дед, отец и дядя), за исключением автора книги и родившегося в Лиенце 15 февраля 1946 сына Семёна Краснова, Михаила, погибла в борьбе против коммунистов. Попав в плен вместе с П. Красновым, Шкуро, Домановым и др. в 1945-м, пережив смерть всех своих близких, Н. Краснов прошел по маршруту Лиенц - Юденбург - Москва - Заполярье, где он провел 10 лет в советских концлагерях. После смерти Сталина в числе очень немногих он смог вернуться на Запад, он выполнил завещание своего покойного деда и правдиво описал свои переживания (в т.ч. выдачу казаков англичанами Советам, пребывание на Лубянке, лагеря). По мнению А. Савина, "Незабываемое" - одна из лучших книг-воспоминаний о советской каторге.

«Памяти моего деда, генерала Петра Николаевича Краснова, дяди Семёна Николаевича и всех, вместе с ними погибших мученической смертью от руки палачей нашей Родины и Народа».
Н.Краснов.

СКАЧАТЬ КНИГУ